Жизнь, как полет: история летчика Юрия Татарникова
Жизнь, как полет: история летчика Юрия Татарникова
Второго августа отпраздновал 95 лет наш земляк – советский летчик Юрий Татарников. Он поделился своей удивительной историей жизни, наполненной мужеством и неугасающей любовью к небу и авиации.
Родился Юрий Васильевич в Волгоградской области, в месте, где гудели поезда и сохранялось наследие казачьих станиц. В свои 95 лет он рассказывает о своей жизни с удивительной ясностью, будто вновь садится за штурвал, чтобы пролететь над полями своего прошлого, – от детства в Новоанненском до службы на истребителях и гидросамолетах, от воспоминаний о Сталинградской битве до мирных полетов в аэроклубе под Гвардейском.
Отец погиб на фронте
Наш герой родился и вырос в небольшом городке под названием Новоанненск. «Он образовался вокруг железнодорожной станции, построенной в 1872 году. Мой отец, сын портного из Тамбова, женившегося на казачке, был старшим среди братьев. Он получил начальное образование, вступил в партию, работал заведующим мельницей. А я рос в Новоанненском и учился в средней школе», – рассказывает юбиляр.
Война ворвалась в жизнь Юрия, когда ему было всего 11 лет. «Отец ушел на фронт 29 июня 1941 года. Сначала его месяц готовили в Сталинграде, а 4 августа эшелон с солдатами остановился у нас в поселке. Все жители пришли провожать, и мы с мамой тоже. Первый бой стал для отца последним – осколок снаряда оборвал его жизнь, и мы с мамой остались одни», – вспоминает Юрий Васильевич.
Сталинградская битва, начавшаяся 23 июля 1942 года, изменила все. Новоанненский, как крупная железнодорожная станция, стал целью для немецких бомбардировок. «Утром я проснулся от разрывов зениток. В небе летала «Рама» – немецкий разведчик. Солдаты говорили: «Ждите гостей». И точно – в два часа дня начался налет. Бомбежки стали регулярными, и мы решили срочно уехать на хутор к родственникам, в 25 километрах от городка. А потом с другом, нам по 12 лет было, ходили пешком в ближайший населенный пункт. Тогда я впервые увидел брошенный поселок. Тишина, никого нет, только пуля где-то просвистела. Один раз в жизни такое видел. После окончания Сталинградской битвы в феврале 1943 года мы вернулись домой. Нам очень повезло, дом уцелел, хотя бомба разорвалась в 10–15 метрах, ранив осколками военфельдшера, которая жила в нашем доме», – вспоминает наш собеседник.
Путь к небу
Школа во время войны не работала: в ней размещались то запасной танковый полк, то госпиталь, то лагерь для военнопленных. А в 1943 г. Юрий с другими подростками помогал восстанавливать здание. «Нам было по 12–13 лет, работали с бригадой из Казахстана. Учились штукатурить, малярить. Потом расчищали руины на вокзале», – рассказывает Юрий Васильевич.
К окончанию школы в 1949 г. его мечта стать летчиком уже окончательно сформировалась. «Еще до войны я решил, что буду летчиком. Мне было 8–9 лет, я читал про Чкалова, Серова, Гризодубову. И стал пионером в этом деле среди сверстников, постоянно вдохновляя одноклассников историями о небе и летчиках. В итоге из 20 выпускников моего класса 7 учеников все же стали летчиками. Мы росли в такой обстановке, нас вдохновляла авиация. И в 1949 году я поступил в Ейское военно-морское авиационное училище летчиков-истребителей. Экзамены были несложные, главное – здоровье. У меня шея крупная, врачи сначала зацепились за нее, но потом все проверили, сказали, что это просто такое строение, и меня приняли», – отметил летчик.
Налетал 2 500 часов
Первый курс училища начался с теории, но уже через полгода, весной, курсанты впервые поднялись в небо на деревянном УТ-2 довоенной конструкции. «Он настолько старый, что в нем даже рации не было. Но я не растерялся и как-то сразу начал ориентироваться в воздухе. Помню, что даже инструктор удивился, когда я показал ему, где находится аэродром, во время полета. И уже на первом курсе я освоил высший пилотаж – бочки, петли, перевороты. Я видел, как мой друг Винька делал бочки, и сам попробовал. Инструктор был очень удивлен: «Ты же этому не учился и уже все умеешь, как?» – с улыбкой вспоминает Юрий Васильевич.
После окончания училища, в 1952 г., Юрия Васильевича направили в Польшу в гарнизон близ Колобжега, где он начал летать на штурмовиках Ил-10. «Немцы построили там отличный аэродром. Полоса в 200 метрах от моря, все осушено, дома для офицеров отличные. А в 1954 году мой полк перебазировали в Германию, где я пересел на МиГ-15. Переучиваться было не сложно, – отмечает летчик. – Основы управления одинаковые, а нюансы осваиваешь уже на первых полетах. Из всех самолетов мне больше всего понравится именно МиГ-17. Сказка! Устойчивый, комфортный. Чуть ручку поднял – и он отрывается. На нем я разгонялся до 1 200 км/ч со снижением. Как утюг шел, никаких виляний. «Лавочкины», напротив, были «вертлявыми» и требовали филигранной точности на взлете и посадке. Ошибок не прощали».
За 23 года летной службы Юрий Васильевич налетал 2 500 часов. В его карьере были и драматичные моменты. В 1960 г. в Польше он едва не разбился из-за потери радиосвязи и сильного снегопада. «Шел на посадку в метель, видимость совсем низкая. Прожектора на полосе не включили, рация у матросов, которые сидели в радиорубке, не работала, и они этого не заметили. Один случайно выглянул на улицу. Услышал где-то вдали звук двигателя и подумал, что надо бы включить луч, и я сел по нему. Чувство времени и самолета спасло», – рассказывает летчик.
Балтийская коса
В 1960 г. Юрия Васильевича перевели служить на Балтийскую косу. «Там я прослужил не более полугода, и нас расформировали. Меня перевели в город Остров, где служба тоже не продлилась особо долго. И предложили вновь вернуться на косу, но уже в состав противолодочной эскадрильи. Начал летать на противолодочном самолете-амфибии Бе-12. Мы искали подлодки и фотографировали иностранные корабли в Балтийском море. Однажды прошел в 30 метрах от канадского эсминца, а штурман снимал его через люк. И наблюдал, как весь экипаж эсминца стремительно пытается спрятаться от его объектива, забавно было. В 1972 году, в звании майора, я завершил летную карьеру, будучи в должности офицера боевой подготовки штаба Балтийского флота. И с большим теплом вспоминаю все свои годы службы и всех своих сослуживцев», – говорит Юрий Васильевич.
Полеты в 80 и 90 лет
Удивительно, но страсть к небу не угасла даже в пожилом возрасте. В 2013 г., в 81 год, Юрий Васильевич снова поднялся в воздух на Як-52 в аэроклубе под Гвардейском. «Сын привез меня туда. Я сразу стал пилотировать по приборам, как в молодости. Делал виражи, бочки. Чувствовал себя как дома. А в 92 года я летал на небольшом двухместном самолете над косой. Руки все помнят», – рассказывает наш собеседник.
Юрий Васильевич сохраняет ясность ума и бодрость благодаря активному образу жизни и медицинскому наблюдению. Всю жизнь он каждый день делает зарядку. Говорит, что именно такой систематичный подход помогает держать себя в форме до сих пор. А в 2014 году ему установили шунт и несколько стентов на сердце. «Если бы не операция, я бы не выжил. Врач вовремя отправила в больницу, а там уже все сделали. В 2019 году поставили еще один стент, и с тех пор я в порядке», – рассказывает наш герой.
Взгляд на жизнь
Юрий Васильевич прошел путь от рядового летчика до командира звена. Стал инструктором и неоднократно в сложных метеоусловиях нес боевые дежурства. Он прошел все ступени летного совершенства – от командира корабля до заместителя командира воинской части. А также стал военным летчиком 1-го класса. «Я всегда мечтал быть летчиком-истребителем, сбивать бомбардировщики и спасать жизни мирных граждан. Это вдохновляло меня учиться и добиваться поставленных целей», – говорит юбиляр.
Его история – это рассказ не только о полетах, но и о стойкости, любви к делу и об умении находить радость в каждом дне. Даже в 95 лет он смотрит на мир с любопытством молодого курсанта, впервые поднявшегося в небо. «Жизнь – как полет, надо держать штурвал крепко, но не бояться виражей», – улыбаясь, говорит Юрий Васильевич.
Если Вы стали свидетелем аварии, пожара, необычного погодного явления, провала дороги или прорыва теплотрассы, сообщите об этом в ленте народных новостей. Загружайте фотографии через специальную форму.
Оставить сообщение: